Widgetized Section

Go to Admin » Appearance » Widgets » and move Gabfire Widget: Social into that MastheadOverlay zone

Чебоксары в первую мировую

9 января 1915 г.  чебоксарскому исправнику пришла телеграмма: «Распорядительный комитет предлагает озаботиться приемом, размещением военнопленных, прибывающих в самом непродолжительном времени (5 офицеров, 64 нижних чинов)». «Просим доставить в Главное управление полную сводку требований Управ, желающих воспользоваться трудом военнопленных» (из письма по Казанской губернии от 16 марта 1915 г. № 916. Подпись: Главноначальствующий Двора Его Величества Камергер П.Боярский, непременный Член Князь Урусов, секретарь Иванов).

«…производимые военнопленными работы оплате не подлежат, однако не исключено производить им денежные выплаты в целях поощрения их к более усердному труду. Подписали: генерал Язвин, старший адъютант капитан Иванов (из телефонограммы Штаба Казанского военного округа от 7 апреля 1915 г. № 572  на имя начальника Казанской местной бригады.

 

Почти оккупация

Практически каждый день с 14 января по 1 февраля 1915 г. в Чебоксары прибывало по 64 человека. Итого: 1048 чел.

С марта по апрель 1915 г. было 1930 чел ( по 70- 80 чел. в день!).

18 мая 1915 г из Саранска прибыло 170 военнопленных.

26 мая 1915 г. ( из телеграммы): «…обратить внимание на снабжение военнопленных всем необходимым, в т.ч. бельем не менее 2-х смен. Главноначальствующий генерал Сандецкий».

А у городских властей болела голова, чем занять все увеличивающуюся армию военнопленных, которых стало почти столько же, сколько жителей в крохотных Чебоксарах! От 50 до 70 военнопленных в апреле каждый день бродили по улицам и подбирали булыжник, другие подметали улицы и площади, третьи рыли и выравнивали старые канавы. В мае к этим «важнейшим делам» придумали еще одно: стали отправлять по 100-200 человек на засыпку и исправление дорог на берегу Волги.

Куда их столько?

Из письма Чебоксарского военачальника от 29 июня 1915 г. в Чебоксарскую городскую Управу (экстренно):

«К утру 29 сего июня у меня состоит налицо излишних 145 пленных нижних чинов, разместить которых мне абсолютно негде…могут представлять опасность для находящихся в том же доме пленных, т.к. прибыли прямо с позиций». (Кстати, позже поступило указание военнопленных делить на дружественные и недружественные нам национальности).

Но этот крик души не был услышан, и городские власти были вынуждены искать новые объекты, чтобы занять делом своих недобровольных помощников и не допустить волнений или, хуже того, бунта. В июне-июле 442 пленных  «бросили» на заготовку 7 куб. камня  для канав, колодцев, 122 человек — на устройство двух лестниц на берегу Волги, укрепление склона горы у пароходных пристаней.

Столько же иноземного народу махали топорами, занимаясь плотничьими работами. 36 человек исправляли мостовые, четверо — забор у городского садика,  64 ремонтировали Рождественский мост, пол в пожарной команде, 34 устраивали тротуар у смешанного училища. 518 были заняты на выемке бутового камня. 153 занимались спокойным и привычным делом — мели  базарную площадь.

Одновременно наш город чистили, благоустраивали и ремонтировали до 1930 военнопленных! В сентябре 1915 года 28 человек рыли картофель на городском огороде.

Кстати, в 1916 году пленным дали серьезное задание – построить целое здание! И они  блестяще справились с заданием. Это здание на улице К. Маркса, в котором сейчас находится «Галерея 6х7».

Нахлебники

7 ноября 1915 г. в Чебоксары прибыло еще 185 пленных нижних чинов. Чтобы их разместить, председатель местного уездного комитета пишет в городскую Управу: «Прошу о спешном приспособлении верхнего этажа каменного 2-этажного дома мещанина Александра Петровича Игумнова». Также квартиры в своих домах предоставили: Винокуров — 30 военнопленных, Фирсов – 10, Федоров Мих.Павл.- 10, Астраханцев Ив. Анд.- 15, Смирнова Маар. Мих.-10, наследники Крашенинникова пристроили у себя 30 человек.

А ведь всю эту пленную орду нужно было не только обеспечивать работой, но еще и кормить-одевать! Письмо из МВД от Казанского губернатора, декабрь 1915 г. №340:

«…не принимать впредь от Управ военнопленных с неисправной одеждой, обувью и бельем… полагаю, что такой порядок нужен для того, что пленные возвращаются военному ведомству чуть ли не нагими» (из письма МВД Казанского губернатора по канцелярии от 15 февраля 1916 г. № 47 председателям земских Управ и городским Головам Казанской губернии.

Ежемесячный заработок пленных в 1915 г. составлял 75 коп. в день, из них 12 коп. отчислялись в специальный фонд, 23 коп. — на руки. Остальные 40 коп. шли на продовольствие (буханка хлеба тогда стоила 2 коп., а  фунт мяса (400 г) — 9 коп.).

Тем властям, что решили сэкономить на питании пленных, Штаб округа велел «считать, что никакой задолженности военнопленных перед предприятием не должно быть, питать их тем, что положено по закону: 2 фунта хлеба, 24 золотника крупы, ¼ фунта мяса, полагался один день на отдых, а также баня и медпомощь. При этом следовало отобрать бинокли, компасы, свистки, полевые сумки для карт и т.д.».

За неповиновение полагались аресты: — простой (до одного месяца) – голые нары, карцер;

строгий (до 20 суток) – на хлебе и воде, карцер; усиленный (до 8 суток) – то же и горячая пища через два дня на третий.

Словом, подневольные гастарбайтеры того далекого времени неплохо жили, получая свои законные пайки и совершенно не надрываясь при этом на работе. Чебоксарам еще повезло, что вся эта армия пленных немцев, австрийцев и прочих народов оказалась довольно мирной. А ведь именно пленные чехи устроили на Урале и в Сибири кровавый мятеж.

Марина Казакова-Шемякина

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Яндекс

Социальная сеть

Facebook

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *